| О себе | Дым табачный воздух выел - комната, глава в крученыховском аде - Вспомни, за этим окном - впервые - Руки твои исступленно гладил, Сегодня сидим вот - сердце в железе, День еще - выгонишь, может быть, изругав, В мутной передней долго не влезет Сломанная дрожью рука в рукав. Выбегу, тело в улицу брошу я, Дикий, обезумлю, отчаянием иссечась, Не надо этого, дорогая, хорошая, Давай простимся сейчас. Все равно любовь моя - тяжкая гиря ведь - Висит на тебе, куда не бежала б, Дай хоть в последнем крике выреветь Горечь обиженных жалоб. Если быка трудом уморят - Он уйдет, разляжется в холодных водах, Кроме любви твоей, мне нету моря, А у любви твоей и плачем не вымолишь отдых. Захочет покоя уставший слон - Царственно ляжет в опожаренном песке, Кроме любви твоей, мне нету солнца, А я и не знаю, где ты и с кем. Если б так поэта измучила - Он Любимую на деньги бы, славу выменял, А мне - ни один не радостен звон, Кроме звона твоего, любимого, имени. И в пролет не брошусь, и не выпью яда, И курок не смогу над виском нажать, Надо мною, кроме твоего взгляда, Не властно лезвие ни одного ножа. Завтра забудешь, что тебя короновал, Что душу цветущую любовью выжег, И суетных дней взметенный карнавал Растреплет страницы моих книжек. Слов моих - сухие листья ли? Заставят остановиться, жадно дыша, Дай хоть последней нежностью выстелить Твой уходящий шаг... |
